- Так, на всякий случай... Вдруг ближе к утру кому и понадобится, а?

Трактирщик, зыркнув исподлобья, пробурчал что-то невнятное - мол, боги милостивы, обойдемся... Айвен тем временем украдкой разглядывал спутника шевалье (или спутницу? нет, пожалуй все-таки спутника...), присевшего, отворотясь от света, в дальнем углу таверны. Тот был хрупкого сложения, без оружия (во всяком случае, на виду его не держал), а рук его было не видать под уложенной на колени охапкой какой-то мягкой рухляди. В облике и движениях его проглядывало нечто странное, неуловимо птичье - и лишь по прошествии пары минут Айвен догадался, что перед ним настоящий, живой альв... Вот это да!

И тут Айвен обнаружил, что пока он разглядывал представителя Старшего Народа (это когда ж еще доведется!), шевалье достаточно бесцеремонно изучал его самого; хозяина за стойкой уже не было - видно, ушел готовить комнату.

- Куда держите путь, юноша? В Ламерт?

Спокойно... вежливо, но с достоинством. "То, что я не ношу меча и шпор, еще не дает вам права..."

- Позвольте вам заметить, шевалье, что я не крепостной и не преступник, объявленный в розыск. Куда и откуда я направляюсь - не касается никого, кроме меня.

- Вы неверно поняли меня, юноша... Просто если вам дорогА жизнь уносите ноги из этой таверны. Немедленно. Поверьте - я желаю вам добра.

Он отчего-то сразу понял - шевалье не шутит; припомнился и тот взгляд трактирщика: значит, ошибки не было, он тогда все почуял верно... Страх вновь поднялся откуда-то из глубин тела, от кишок и желудка, ледяной волной обдал сердце - и отступил, побежденный неведомо откуда взявшемся куражом: черта с два они все дождутся, чтоб он шмыгнул в ночь, как крыса из разрытой норы!.. А на дне сознания осталась и еще одна мыслишка, вполне прагматического свойства: неизвестно еще, где в эту ночь будет опаснее - в одиночестве мокрого ночного леса или здесь, рядом с этими, по всему чувствуется, крутыми и тертыми ребятами.